Геннадий Михайлов

"Милан" с 1979 по 1982 год

Дорога на "Милан"

- Ставлю Вас в известность проездные документы на Магадан выписаны через порт Находка… От Ульяновска до Находки поездом, а далее на пароме до Магадана. Предупреждаю паром уже много лет не бороздит океан. Такими словами напутствовал нас начальник отдела кадров УВВКУС.

Нас –это собственно я и мои сокурсники Валера Федоров и Аркадий Смелков. Мы трое направлены в магаданский центр. У меня было предписание на должность начальника регламентной группы, а ребята на распределение. Мы договорились лететь самолетом их Самары (тогда еще г. Куйбышев). Дата прибытия в г. Магадан 1 сентября 1979 года.

Аркаша слово не сдержал и удрал раньше и получил распределение вроде на Киев. Ну а мы с Валерой погудели в Самаре еще на последок, загрузились в самолет и полетели в Хабаровск. Хабаровск прилетели вечером. Было как то сыро и не уютно. Вылет на Магадан обещали через сутки. Все это вызывало какую то неудовлетворенность происходящим. Скучать мы не любили – нужны были приключения. Решение появилось автоматически – купить водки, вина закуски и провести эту ночь в аэропорту с девушками…

В разгар ночного застолья мимо проходит стюардесса, и интересуется, куда мы летим? Мы честно признаемся, что летим на Колыму, что пропиваем последние деньги, которые в ближайшее время не понадобятся. Она с очаровательной улыбкой сообщает нам, что её экипаж минут через десять вылетает в Магадан, праздновать в ресторане день рождения командира экипажа. По этому, если нас тут ничего не держит, то мы можем лететь с ними.

Несколько секунд и мы готовы лететь хоть на край света с такой красавицей. Экипаж в самолете нас встретил очень дружелюбно. Да собственно больше никого и не было. Мы с Валерой две стюардессы и где то экипаж. Быстрый взлет, набор высоты и вот ИЛ-18 уже на курсе… Пили шампанское с девушками смеялись, Валера рассказывал анекдоты, я тоже не отставал было шумно и весело.

- А Вы пробовали в самолете спрашивает стюардесса меня. Я намек понял и отвечаю: «Нет, я и в самолете то второй раз». - Тебе понравится и мы отправились в хвост самолета. И надо же не обманула – мне понравилось. Хотя на земле я бы тоже был в восторге.

Вот и утренний Магадан. Когда мы добрались до «Центра» было уже часов 12 дня. А мы как из задницы - ночь бессонная, небритые и главное, что очень хотелось спать. Но об этом можно было только мечтать.

Привели себя в порядок и к командиру. Он рассудил быстро - обоих на "Ригу". А на то, что я в регламентную группу - наплевать. Штат заполнен – да какой ты специалист: только из училища… Потом пришел зампотех центра посмотрел мой диплом бумаги и предложил другой вариант. Направим-ка мы тебя на "Милан" – технику поднимать. Вот там и покажешь какой ты специалист. А мне что "Рига", что "Милан"... Ведь я тогда ничего не знал и не ведал.

Вечером с Валерой сходили в последний раз в кабак. Мы без приключений никак. В кабаке в малом зале была свадьба, а большом гудели старатели и мы. Эта свадьба запомнилась надолго. Мы видели как невеста залезла на столик и разделась до гола. Такого в живую я никогда не видел. Старатели осыпали ей ноги бумажными купюрами. Сцена продолжалась минут десять, пока поверхность стола у её ног не заполнилась деньгами.

Это был последний вечер с Валерой. Больше мы так и не увиделись. На следующее утро он улетел к месту службы, а я с регламентной группой готовился лететь на Милан. Хорошо познакомился с Магаданом я значительно позже.

Встреча с "Миланом"

"Милан" видеть меня не спешил. Видимо понимал, что надо дать мне больше времени пожить без него. Регламентщики затащили меня на "Каир", где я, впервые познакомился с семьями офицеров. Жены офицеров смотрели на меня такими глазами, – которые я понял только когда попал на "Милан". (Они то уже знали ВСЁ!). Кормили и поили меня целую неделю. Регламентщики без вопросов выдали блок питания магнетронов, дали схему – работай… Так, что на "Каире" остались результаты моего труда. Вот тогда и начальник регламентной группы пообещал мне, что вытащит меня в регламентную группу – руки торчат откуда надо. Приятно! Но не случилось.

И вот - спецрейс. Нас перебросили на "Милан". Сели на «НИЗ». Представился командиру, выделили койку в кунге и сказали: располагайся. Местные встретили меня как лучшего друга. Я привез водки и пива. Но пиво пить было уже невозможно: я то его купил еще в Магадане… Но это не омрачило праздник. И вот я "Милановец".

Гайдай хорошо описал природу и Низа и верха. Добавлю лишь, что летом там очень хорошо, только купаться холодно. Вода в реке Юдома ну очень холодная. Это также как в прорубь зимой – бр-р-р! Но для молодых это не помеха – мы купались. А вот зимой тут отдельно описывать нужно. Снега - море, холод - адский, но как-то выживали. Причем на сегодня отрицательных эмоций нет.

Кругом горы, таежный лес, бурная река, любовница императора тайги, и её внук якут Димка. Димка посещал нас постоянно, менял шкурки на водку и тушенку. Всю жизнь в тайге. Однажды ушел ночью, на улице метель, но не остался. А утром наряд чистил снег около казармы – а он в сугробе спит. Думали замерз, а он принял полстакана огненной воды и ушел в тайгу.

Река Юдома

Очень холодная и бурная река. Дно скалистое, если попадешь в выбоину между скал – пропал. Скорость воды такая, что вжимает тебя туда с такой силой, что выбраться очень сложно. Много охотников и рыбаков сгинули в этой реке.

Сообщение с поселком Югоренок была только по реке. В 1981 очень длительное время не доставлялась почта в часть. А тут как раз из отпуска возвращался зампотех Сергей Шепель с женой Ларисой (один в один певица Лолита). Он забрал письма и зарплату офицеров за несколько месяцев. (тысяч двадцать). Уговорил рыбаков , чтоб доставили на "Милан". Такса известная: два ящика водки. А что делать - река бурная, опасная.

На одном из перекатов – лодка Шепеля переворачивается, и весь груз оказывается в воде. Пока ловили и собирали вещи – портфель с деньгами исчез. Пристали к берегу, сушились и заночевали. Спал Шепель плохо, – соображал, как возвращать деньги. Но ничего не поделаешь - в часть надо плыть.

Упаковывают вещи, складываются, готовятся отчаливать. Еще не завели моторы, как снизу по реке звук моторки... Подождали. Это оказались рыбаки. Они своими сетями и поймали это портфель с деньгами. Кто еще может сорить деньгами – только вояки. На радостях Шепель выдал им ящик водки и те довольные поплыли обратно. Надо отметить, что люди, которые нас окружали при всех их недостатках были людьми. Иначе там наверно вообще не выжить.

Зимой река превращалась в автотрассу, по которой гоняли наши гражданские водители из Югоренка на своих бензовозах. Надо отметить: трезвыми я их не видел. Главный у них был Акатенко (Имени не помню). Это был АС. Он говорил, что трезвым перевал не переехать.

Интересная технология завоза топлива. Как они наливались в Югоренке не скажу, а вот как сливали у нас - это комедия. Подъезжает к насосной станции останавливается и не глуша двигателя головой падает на руль – машина сигналит, а он спит. Боец подходит к кабине, открывает дверь, рукой двигает тело водителя к спинке (он спит), берет из кармана документы, закрывает дверь и идет сливать. После слива приносит подписанные документы кладет водителю в карман, будит, тот включает скорость и на трассу.

Суровая школа эта траса. 22 апреля 1982 года я должен был убыть в отпуск. Река уже была полна воды на перекатах да и промоин уже хватало. Трасса официально уже закрыта. Когда попаду в отпуск – только бог знает. Тут Акатенко звонит мне и говорит что сделают последнюю ходку с дизтопливом, заберут 9-тонный полуприцеп (емкость), который они забыли и заодно меня заберут в поселок. Радости моей не было границ. Хотя брали сомнения, что могут и не добраться.

Ура!!! Они прибыли. И вот мы уже в дороге на Югоренок. Мне вручили в части кинокамеру "Кварц" нужно было снять горы в долине реки Юдома. Ну очень красивые места. Вот я на ходу снимаю скалы и горы, вдруг Акатенко толкает меня в плечо и просит чтоб я снял то, что происходит впереди. Когда увидел- бросил камеру и пытался выскочить из уже остановившейся машины, чтоб помочь передним. Акатенко сказал: «сидеть и снимать». В колонне машин мы были завершающие. Перед нами была машина молодого водителя по имени Паша и еще одна ведущая. Так вот Паша похоже уснул и прозевал промоину. На всей скорости он туда ухнулся и из воды торчала только задняя часть емкости. Кабина полностью под водой да Паша похоже там.

Через несколько секунд Паша вылетает из промоины, а еще через несколько минут выдергиваем Пашину машину. Паше налили стакан водки и отправили мокрого избавлять машину от воды. Сколько на это ушло времени не помню – мы пили водку в кабине пока Паша не завел машину. Я просил помочь ему, но водители отказались - иначе он ничему не научится. Вот такая суровая школа получается.

Свиньи

В каждой части имеется подсобное хозяйство. Боец – свинарь и собственно сами свиньи со свинарником и старый хряк.. У Милановцев это целая история. Хряк ослабел, поголовье стало вырождаться. Требовалась свежая кровь…

Да где тут в тайге ее найдешь. Договорились с "Каиром" - они дают нам самца крутого, а мы чтоб не нарушать отчетности даем им нашего хряка. Осталось только реализовать. Тут случай – спецрейс (завоз продовольствия) ну и договорились с вертолетчиками. Увезли нашего хряка – наше свинское братство проводило его к вертолету и сильной грусти не наблюдалось.

А теперь самое интересное. Каировцы предупреждали что эта особь перетрахала все в округе и совсем не устала. Видели бы они что у нас творилось. Все началось прямо на летной площадке. Сел вертолет, открыл задний люк – оттуда вальяжно и гордо вываливается сексуальный гигант и тут же поставив свинью носом к колесу вертолета отработал по полной программе. Затем кинулся к другим особям. Вечером он уже пытался залезть и на молодых самцов, которые не рассчитывали на то что их так опустят. Мы поняли что род свинячий спасен. Через какое то время никто уже не знал их общего количества. Охотники нам говорили , что видели наши свиней (и даже отстреливали) за 10- 15 км от части.

Командир части, что совместить приятное с полезным каждый день в обед включал сирену и мы строились перед казармой. В это же время свинарь кормил свою братву. Представляете?! Академик Павлов придумал слово рефлекс, а свиньи без этого уже не могли жить. И что интересно – мы конечно быстрей собирались, чем свиньи и когда стоит строй на пути у свиньи это надо видеть как они пролетают сквозь строй. Сирену слышно далеко и они несутся на больших скоростях со всех окрестностей расталкивая строй под дружный хохот.

Брага

 Многое человек познает в первые. А какие талантливые были наши бойцы. Сделать брагу из томат пасты – я только на Милане и узнал. Ускорить до нескольких часов брожение в стиральной машине – я бы не догадался.

Сидим как то командир я и замполит в кабинете обсуждаем дела - заходит сын замполита и говорит: «А почему когда стиральная машина постирает, мама вынимает белье, а солдаты в бане её включают еще раз?» Послали замполита разобраться, а то сожгут машинку. А он звонит и просит захватить кружки!!! Ну сходили…

Принимаю смену и проверяю резервную котельную. Все чистенько вроде порядок, но запах браги. Проверили все огнетушители – нет нигде а пахнет. Не поверите обнаружил уже перед уходом, что то легко зашипело – смотрю кран в водяной системе плохо держит, но там и давления не должно быть. Бойцы умудрились заправить котел брагой. Конечно мы афишировать не стали, но хватило нам на долго.

Верх

Там Наверху и прошла основная часть службы. Первый подъем пешком я очень хорошо помню. На этом подъеме в первые вспомнил слова командира нашей курсантской роты Шебаршина Ю.К.: «Вы сейчас меня ненавидите за эти марш броски с полной выкладкой, но пройдет время и вы вспомните меня с благодарностью». Так и случилось. Хотя и были мы хорошо подготовлены физически, но первый подъем оказался очень тяжелым. И я дошел сам без помощи – и это были первые шаги в повышении авторитета среди солдат и сослуживцев.

Ноги уже не идут, а ты берешь их за штаны руками и тупо переставляешь. А что делать? Потом, когда пообвыклись, мы уже носились как горные козлы. И никаких проблем, одни удовольствия. Выходишь на дежурство в Низу лето, в середине подъема осень, а на верху зима снег лежит. Все времена года проходишь за несколько часов. Позже когда построили трубопровод, мы приноровились оставлять часть одежды в ПНУшке. Очень удобно.

Давление на Верху было очень низким и не устойчивым. Иногда у бойцов утром при умывании из носа шла кровь. А кому легко? В общежитии было как в самолете. Особенно было неприятно это когда ветер резко ударял в одну из стен – ощущение как кувалдой по голове. Но человек привыкает ко всем условиям – позже эти «эффекты» я уже не замечал.

На "Каире" меня офицеры заинтересовали идеей приема телевидения. И я из отпуска привез журнал "Радио", где описывалась такая система «Экран». Выяснили координаты спутника, частота вроде 714 Мгц. Использовали тарелку от Р-404. Получили изображение, а вот звук так и не удалось. Позже я выяснил что звук закодирован в обратном ходе луча. Но сам факт, что работает уже здорово. Нам удалось уговорить центр привести спутниковую приставку, которую на какой то станции ставили и ничего не получилось. Нам её привезли – в приемнике был сгоревший входной полевой транзистор. После ремонта и подстройки телевидение заработало. Это был великий праздник на Милане.

С офицерами решили организовать ретрансляцию телевидения на Низ. Напрямую всего 8 километров . Прием удался, но добиться приемлемого качества так и не смогли. Создать усилитель с полосой пропускания 7 - 8 Мгц на диапазоне 6-го телевизионного канала оказалась не по зубам. Позднее нам привезли еще такую установку для Низа. И телевидение шагнуло по нашим станциям, а на нашем опыте такую установку поставили и в Югоренке с 10-ваттным передатчиком.

Конечно много было интересного и иногда комичного и трагичного, написать все сложно – хочется рассказать все. Мы были молоды, активны,талантливы, и иногда творили невозможное.